| Голос |
[May. 9th, 2009|12:08 pm] |
Выросший в бытовом неверии и здоровом атеизме, не привыкший смотреть на вещи сквозь призму одухотворенности, никогда не связывающий события и явления с проявлением чьей-либо высшей воли, слушая эту песню, я каждый раз не могу отделаться от ощущения, что со мной разговаривает Бог.
|
|
|
| Тени |
[May. 7th, 2009|10:16 am] |
Я так давно не видел папирос,
Что контур беломорского канала
Почти забылся, словно доконала
Его война [не красно-белых роз,
Но глянцевых реклам] , где нелегка
Судьба любой классической отравы.
И вняв предупреждениям Минздрава
Он сгинул как понюшка табака.
***
А помнишь киноцентр за углом?
Классический дизайн, портреты Одри.
Я рядом получал ещё по морде,
Когда какой-то пьяный костолом
Приревновал ко мне свою печаль
И кулаком венчал свою немилость?
С тех пор там ничего не изменилось:
Аптечная змея грызет хрусталь,
В глазах витрин висит пустой вопрос,
В динамиках - прощание славянки,
И лампочка вольфрамовой морзянкой
Чеканит свой безмолвный тусклый SOS.
***
Былое - проржавевшее литьё,
Ошмётки краски кисти Боттичелли.
У прошлого нет будущего. Челядь,
Являя безразличие своё,
Разносит времена на кирпичи,
На щебень и пейзажи Каракума.
И ни о чём уже не нужно думать.
Ни логики. Ни следствий. Ни причин.
***
Ни памяти. Дорога в никуда
Петляет и вальсирует как будто
Ещё жива надежда, и минута
Способна растянуться на года,
Но маятник запущен. Жернова,
Уже скрипят, стирая сны и речи,
Пусть горек дым в отсутствие отечеств,
Зато так сладки мёд и пахлава,
Так предсказуем праведный огонь,
Так очевиден финиш в точке старта.
Гадалка с воем сбрасывает карты,
И хиромант плюёт в свою ладонь.
***
Мол вот и всё. Гори моя звезда.
Дрейфуй мой бот, мой призрак, мой спаситель.
Я нацепил на гик парадный китель,
И впился в руль, а мёртвая вода
Уже течёт с бортов. Рябой матрос
Бормочет всё о бабах и женитьбе,
О третьей и о том, что закурить бы,
Да, как назло, не видно папирос. |
|
|
| Октавио Пас. Пришелец. |
[Apr. 10th, 2009|09:35 am] |
Я понял на ходу, что я в тумане.
Струились лица, контуры текли,
все исчезало прежде, чем возникнуть.
Я плелся по безлюдным мостовым.
Вдруг на углу мне улыбнулся мальчик,
и мне взбрело потрогать его кожу
и убедиться, что она живая.
Но кисть руки в мальчишеских вихрах
растаяла - и мальчик содрогнулся,
впервые ощутив небытие.
И замер, изумленный этой дрожью.
Я плыл, меня несло ленивым ветром.
Стал виден сад и женщина в саду.
Я кркнул "Это я! Ты не узнала?"
Слова мои, бесшумные снежинки,
расплылись в безответной тишине.
Чтоб добудиться, я поцеловал,
но губ ее, изваянных из камня,
коснулся только воздух - и казалось,
что целовало их всопоминанье.
И я оставил женщину вдвоем
с ее судьбой - остаться изваяньем.
И вновь меня несло ленивым ветром.
И были серы площади и стены.
И люди во плоти или в металле
выказывали, как они горды
быть явью, плотью, кровью или бронзой.
(А между тем наедине с собой
довольно взгляда, зеркала, молчанья,
чтобы разверзлась бездна под ногами -
мгновенье пустоты, неумолимость,
неизмеримость этого провала,
и злая безнадежность ожиданья,
и вечный страх, что ты такой, как есть.)
Опять меня несло ленивым ветром.
Пустыни улиц. Крик. Небытие.
И, от химер устав, я растворился
в тумане, из которого возник.
перевод А.Гелескула
|
|
|
| Как правильно писать стихи про аборт лекция для поэтесс всех возрастов |
[Apr. 9th, 2009|09:01 am] |
Итак, дамы (и желающие присутствовать, господа), здравствуйте.
На сегодняшней увлекательнейшей лекции мы с вами в очередной раз погрузимся в прекрасный и необъятный мир женской поэзии. Мир, в который так трудно попасть и из которого так трудно вылезти. Мир, в котором за каждым словом может скрываться истерика, а за каждой истерикой – хрупкая нега хрустальной мысли. Мир, который создали женщины и куда нет прохода нам – грубым и волосатым мужланам.
Тьфу нам всем в морду.
Ну, не будем о грустном.
Ещё раз «Итак»
Что должна сделать молодая (или не очень) поэтесса, что бы её начали читать?
Ответ на этот вопрос, казалось бы, прост и очевиден: «Прежде всего, она должна написать стихотворение!». Но это ещё не все!
Сразу появляется второй вопрос «А о чем написать?»
И вот тут, если поэтесса смекалиста и талантлива, она тут же находит правильный ответ «писать надо об аборте!»
Тема прекрасная и благодарная во всех отношениях.
Во-первых, она очень актуальна - и вы всегда сможете смело объявить свой стих – актом проявления гражданской сознательности.
Во-вторых – вы смело можете посылать куда угодно и как угодно всех мужчин - критиков вашего творчества. Что они могут знать об аборте? Да ничего, по сути! Вот на это и давите!
В-третьих, вы сразу получите теплые отклики других поэтесс, так же озабоченных этой темой
В-четвертых, вы можете писать об аборте, самого аборта и не сделав – это ведь не тот случай, когда можно потребовать справку!
И, наконец, в-пятых, стихотворение на эту тему всегда вышибает слезу у сентиментального читателя (такого как я). А слезы читателей – это верная дорога к славе. Или даже река. Как хотите.
Так как же правильно написать стихотворение про аборт?
Все мы не дети. И прекрасно понимаем, что написав
Мой моряк уехал в порт
А я сделала аборт
Славы нам, скорее всего, не видать.
Во избежание всевозможных казусов предлагаю вам несколько нехитрых правил и приемов, освоив которые вы с легкостью напишете прекрасное стихотворение.
1. Правило первое и самое главное: Поэтесса, помни! Аборт – это неродившийся человек! Не медицинский препарат, а живое существо. Очень полезно пофантазировать, каким он был бы в детстве и в юности, какие у него могли бы быть красивые глаза, если бы мама его не убила, и какая у него могла бы быть замечательная улыбка. Предполагать, что он мог бы вырасти пьяницей или наркоманом не стоит. Запомни - аборт - это неродившийся идеальный человек. Красивый, умный и очень трогательный. Он даже не злится на негодяйку маму.
"Аборт не убийство", сказали врачи.
В операционной прохлада.
Я плачу. А Бог или дьявол молчит.
Лишь детское эхо: "Не надо..."
(С) http://ognedishashaya.stih.ru/personal.php?login=Ognedishashaya&act=rubric&id=100&stih_show=1&stih_id=40043#stih
2. Очень полезно бывает писать про аборт от лица самого аборта. При чем не забывая о его идеальности и трогательности. Фразы наподобие «ах ты ж бля, сука, мама» быстро настроят читателя на негатив и нивелировать это упущение в будущем будет уже очень трудно. Жертва аборта – это чаще всего маленький ребенок. Чаще всего мальчик (видимо от того, что само слово «аборт» - в русском языке мужского рода). Он очень любит свою маму, несмотря ни на что (это очень важный элемент его трогательности):
Пусть же будет вам легко, отец и мать,
Жить как все и ничего не понимать,
Всё равно я вас люблю сильнее всех,
Даже если вы забыли этот грех.
(с) социальная реклама в метро
3. Третий, также немаловажный пунктик для нашего творчества: необходимо помнить, что Аборт – это убийство. Давите на это как можно сильнее. Заставьте женщину, читающую ваше стихотворение, почувствовать себя виноватой. Почувствовать себя убийцей. Чем больше у человека комплексов, тем легче им управлять. А наша цель – обрести верного читателя (а лучше даже - ПОчитателя). Итак, аборт – это убийство:
Убийству меня уже круглая дата
(И вашим обманам другим и себя).
Вам просто сейчас говорить – Виновата!-
Платочек в слезах на груди теребя.
(с) http://akir.stih.ru/personal.php?login=akir&act=rubric&id=100&stih_show=1&stih_id=39692#stih
4. И последнее: не забывайте о психологическом параллелизме в стихах. Кафельный пол и серые стены сопоставляйте нашему злому миру. Врача - богу (или дъяволу) - по вкусу. Скальпель - карающему мечу. Впрочем вы и сами (я уверен) можете с легкостью найти не одну замечательную аллегорию, способную повергнуть в шок самого самого въедливого критика на земле! :)
Кафель белый. Кресло злое.
Хром мне кожу лединит.
Доктор в маске. Обезболил.
Всё одно в груди болит.
Как решилась на такое?!
Боже что же я творю?!
На халате пятна крови.
Взгляд участливый ловлю.
(с) http://www.etokruto.ru/stihi/hrono/stih.php?1139
Ну вот теперь вроде бы и все.
Ознакомившись с основными китами абортного стихосложения, вы можете с блеском реализовать свою давнишнюю мечту.
Дерзайте, дамы!
И да прибудет с вами хирургическая сила.
Аминь.
2004 год.
PS
К cожалению, с момента написания этой статьи, все ссылки пришли в негодность. Однако правдой клянусь - так оно все и было. |
|
|
| Никогда не смейтесь над незнакомцами |
[Apr. 7th, 2009|10:13 pm] |
В конце 80-х годов работал мой отец фельдшером на скорой помощи. И врачевал на его подстанции один хирург - дядечка средних лет, пузатый, воспитания строгого, характера неуёмного.
Как-то взбрело хирургу этому заделаться охотником. Дело не самое простое в его годы, однако он справился. Раздобыл ружье, оформил разрешение и, каким-то неизвестным мне макаром, прибился к группе охотников. Сайтов по интересам в то время не было, где нашел их непонятно, но знаменательно то, что о сфере его деятельности никто из квотермейнов не догадывался.
Иначе вернулись бы бывалые следопыты с уловом побогаче.
А произошло вот что - по окончанию охоты, когда пришло время делить убиенного лося, придумал кто-то из них сыграть шутку над молчаливым тучным новичком, который бродил за всеми с ружьем наперевес, но так ни разу и не прицелился ( и, по-хорошему, мяса-то не заслужил). Вручили ему мужики самый тупой из имеющихся перочиных ножей и предложили , как новичку, ритуально отрезать себе кусок первому. Каждый из собравшихся знал что такое разделывать лося, да ещё и таким лезвием, а потому все приготовились к продолжительному и увлекательному комическому представлению.
Расходились охотники в это вечер как-то молчаливо и стараясь не смотреть друг другу в глаза. После того как новоиспеченный гроза лесов, два раза сказав "кхм" и один раз "ыгым" , за 15 секунд оттяпал зверине обе ноги, попутно ампутировав то что было ниже колена, общее настроение было уже не поправить. Вероятно некоторым пришлось сказать дома что они впервые поймали лося без ног. А может и нет. Ничего мне про охоту более не известно.
Но, помня про хирурга, издеваюсь я только над самыми близкими друзьями (скажи, лысый?:)) |
|
|
| Вислава Шимборска. Первая фотография Гитлера |
[Apr. 6th, 2009|10:44 am] |
Первая фотография Гитлера
А кто этот бутуз, такой прелестный?
Это ж малыш Адольф, чадо супругов Гитлер!
Может быть, вырастет доктором юриспруденции?
Или же в венской опере будет тенором?
Чья это ручка, шейка, глазки, ушко, носик?
Чей это будет животик, еще неизвестно:
печатника, коммерсанта, врача, священника?
Куда эти милые ножки, куда они доберутся?
В садик, в школу, в контору, на свадьбу,
может быть, даже с дочерью бургомистра?
Лапушка, ангелочек, солнышко, крошка,
когда на свет рождался год назад,
на небе и земле не обошлось без знаков:
весеннее солнце и герани в окнах
и музыка шарманки во дворе,
счастливая планета в розовой бумажке,
а перед родами пророческий сон матери:
голубя во сне видеть — радостная новость,
поймать его же — прибудет гость долгожданный.
Тук-тук, кто там, стучится будущий Адольфик.
Пеленочка, слюнявчик, соска, погремушка,
мальчонка, слава Богу и тьфу-тьфу, здоровый,
похож на папу-маму, на котика в корзинке,
на всех других детишек в семейных альбомах.
Ну не будем же плакать, господин фотограф
накроется черной накидкой и сделает: пстрык.
Ателье Клингер, Грабенштрассе, Браунау,
а Браунау — город маленький, но достойный,
почтенные соседи, солидные фирмы,
дух дрожжевого теста и простого мыла.
Не слышно ни воя собак, ни шагов судьбы.
Учитель истории расстегивает воротничок
и зевает.
Перевод с польского Наталья Астафьева |
|
|
| ТАРАС БУЛЬБА |
[Apr. 5th, 2009|01:57 pm] |
Посмотрел. Не могу сказать что работа произвела на меня большое впечатление, однако не скажу и обратного. Много шуму, много крови, много всего такого от чего Николай Васильевич, вероятно, перевернулся бы в гробу (обратно на спину), многим, возможно остался бы и доволен – а черт его, гения, знает.
Вобщем фильм фильмом, а вспомнилась мне от этого просмотра славная история, не раз слышаная мною от моей неунывающе бабушки, долгих ей лет безбедной старости.
Дело было в далеком 1967 году.
На тот момент было у моей бабки тридцать прожитых лет за плечами, муж – молодой актер советского кино (ныне, спасибо Путину, народный артист России), две комнаты в коммунальной квартире на улиц Кирова (ныне Мясницкая) и двое маленьких детей пяти и трёх с половиной лет отроду.
Отца своего (ко всеобщей радости) дети видели не часто – тот все больше пропадал на съёмках и гастролях, а потому те редкие выходные дни, которые он имел возможность провести с семьёй, считались по умолчанию праздничными. Впрочем, как представления о семье, так и представления о празднике у моего непьющего предка тоже были весьма оригинальны. Прежде всего, под празником он понимал культурное развитие и духовное очищение человека, пробуждение в нем патритических и героических чувств, гражданского самопознания, самоощущения и самоосознания. Верным подспорьем на пути к достижению данного праздника он и считал чтение бессмертной повести великого Гоголя.
Далее от первого лица.
Дело было в далеком 1967 году.
Дед вернулся со съемок и решил устроить детям праздник.
С самого раннего утра мы поехали гулять в парк Горького, дети нагулялись, накатались и наелись мороженного до ощущения полнешего восторга, и, чтобы эффект этот не пропал даром, по возвращении домой дед усадил их на диван и приступил к художественному чтению «Тараса Бульбы». За свои робкие попытки обратить внимание на возраст детей я была награждена презрительным взглядом (говорить он не мог –деламирование текста не прерывалось ни на секуду), и понимая что не в силах как-то им помочь, молча направилась на кухню приготовить что-нибудь на обед. Овощи, фрукты, мясной бульон и макароны полностью завладели моим внимание и минут через сорок о присходящем в комнате я забыла. Тем сильнее было моё удивление, когда в какой-то момент до моего уха стали доноситься обрывистые и нарастающие крики, свист и улюлюканье, усиливающиеся с каждой секундой. Через пять минут шум стал настолько пугающим, настолько интригующе необъяснимым, что игнорировать его уже было решительно невозможно. Оставив на плите готовый обед, я в три прыжка преодалела коридор и распахнула дверь нашей комнаты.
Посреди комнаты стоял дед.
Его заграничная в красную клетку рубаха была то ли растегнута, то ли порвана на груди.
По его небритым щекам текли, сбиваясь с пути и падая на страницы книги, слезы.
Его мощный, данный от рождения Господом Богом и поставленный педагогами в театральном училище голос, гремел отражаясь от стен маленькой комнатушки и уходил на улицы, легко минуя хрупкий барьер дребежащих окон.
На диване в углу комнаты, обнявшись и уткнывшись носами в покрывало, спали обессиленые дети.
А голос продолжал взрывать пространство, подводя невольный слушателей к кульминации всего действа – казни Остапа:
- БАТЬКО!! ГДЕ ТЫ!! СЛЫШИШЬ ЛИ ТЫ?! - ревел ополоумевший слуга мельпомены, вселяя тревогу в души беспечных голубей на окрестных крышах.
- Юра!! Тише! Дети спят!
- ДА И ХУЙ С НИМИ!!!!!!! СЛЫЫЫЫШУУУ!!!!!!!
|
|
|
| Екатерина |
[Dec. 28th, 2008|11:32 pm] |
***
В тихом бреду постанывает «Савой»
«Прочь уходите горечь и тошнота»
«Мне не бывает страшно, когда с тобой»
«Мне никогда ведь с тобою не страшно, да?»
Там где земля и небо сплели альков,
Где за портьерой звёзд колыбель пуста,
Белое облако траурных мотыльков
Маленький клипер качает на волнах сна.
Где-то в далекой были звенит свирель,
Осень считает перья своих цыплят.
А у тебя под килем идет макрель,
И в патефоне сказки читает Плятт.
***
Воля моя - жила бы за Енисеем,
В бункере хвойном, в тепле и достатке полном.
Дал бы тебе в любовники Моисея,
Перед которым вода раздвигает волны.
Чтобы опять лишилась и сна и речи
Чтобы в снегах топила его скрижали.
И через год не нашел бы нечистый кречет
Плоскости на которой вы не лежали.
***
А она всё Омэн ему, всё Амэн.
А она всё смыслом его, всё сутью.
И когда лежит с обнаженной грудью,
Разорвав ночнушки нарядный саван,
То и здесь всё «рыцарь» ему, всё «герцог»,
То и здесь всё песни ему, все стансы.
И когда он спит пробивает панцирь
И с любовью смотрит как бьётся сердце
Как дрожит огонь, отражаясь в бронзе,
Гематиты плавя и гематомы
И она всё Амэн ему, всё Омэн.
А в ответ одно.
[с добрым утром, Солнце].
***
Воздух что твой кисель – лишь добавь кустарник
С ягодами, тумана немного брызни,
Перемешай всё с паром соседней псарни
И наслаждайся, чувствуя что у жизни
Нету грядущего. Спит пучеглазый Аргус.
Дерево веры, засохнув, пустило корни.
То ли – того и гляди – повторится август.
То ли – того и гляди – не наступит вторник. |
|
|
| меньше 64-х |
[Dec. 10th, 2008|11:00 am] |
Она говорит им «чёт», они повторяют «чёт»
Она говорит им «чёрт», они повторяют «ангел»
От правил её игры становится горячо,
И белый металл течёт по плоскости чатуранги.
Она говорит им «жизнь», они повторяют «тлен».
Она говорит «песок», они повторяют «ливень».
И крутится колесо под тяжестью водных стен.
И раненый офицер вонзает последний бивень
В упругую плоть врага, чье ржание глушит смех,
И чья вороная кровь на чёрном почти незрима.
Она говорит «любовь», они повторяют «грех».
Они говорят «любовь». Она повторяет имя. |
|
|
| Начало |
[Sep. 29th, 2008|12:30 am] |
Из сердца золотого адюльтера,
Сквозь облаков залётных колтуны,
Смеряет одноглазая пантера
Меня зрачком расширенным луны.
Вокзал гудит насосами и ветром,
И башни часовой лепной колпак
Минуты переводит в километры
На придорожных маленьких столбах.
И рада стенам, крышам и стоп-кранам
Шеренга облицованных дрезин,
И громкоговоритель голосит
Хронически простуженным сопрано.
Моя не золотая колесница
Уже с трудом удерживает спесь.
Я благодарен всем, кто мне не снится,
За смелость навсегда остаться здесь,
Где в небе стынет лунная порода,
И утро встать боится на порог,
И ночь храпит гортанью небосвода
В пустых трахеях спутанных дорог. |
|
|
| Оле... |
[Aug. 19th, 2008|09:48 pm] |
4 года назад, подражая незабвенным Ильфу и Петрову написал эту шутку.
4 года назад в ней было много допустимых преувеличений.
Сегодня - всё правда.
Торжественный комплект. Незаменимое пособие по составлению репортажей из Афин
РАЗДЕЛ 1 СЛОВАРЬ
СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ
Медаль
Венок
Олимп
Спортсмены
Жертва
Допинг
Контроль
Судья
Мыло
Несправедливость
Разочарование
Трагедия
Драма
Катастрофа
Катаклизм
Ужас
Напасть
Позор
Проклятие
Китай
ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ
Непобедимый
Великий
Иностранный
Китайский
Российский
Несмываемый
Печальный
Унылый
Грустный
Невеселый
Безрадостный
Узкоглазый
ГЛАГОЛЫ
Проиграть
Продуть
Недопрыгнуть
Не успеть
Не выиграть
Промахнуться
Промазать
Поймать
Застигнуть
Словить
Отгрести
Рассчитывали
Завоевать
ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ЭПИТЕТЫ
Злобный
Недобрый
Зловещий
Китайский
ЧИСЛИТЕЛЬНЫЕ
Ни одной
Ни единой
Полтора миллиарда, мать их …
ПРОЧИЕ ЧАСТИ РЕЧИ
Вперёд!!
Назад!
Давай!
Жаль
Увы
Вновь
(вырезано цензурой)
(вырезано цензурой)
(вырезано цензурой)
(вырезано цензурой)
(вырезано цензурой)
РАЗДЕЛ 2 ТВОРЧЕСКАЯ ЧАСТЬ
ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА:
С сожалением вынуждены вам сообщить….
Как ни прискорбно, но факт…
Очередное разочарование постигло нас в…
Новые невеселые новости из Афин…
На минорной ноте закончилось выступление….
Дрогнувшим голосом доводим до вашего сведения…
Унылая пора, очей очарованье…
Китайцы снова у порога…
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА:
И на этой невеселой ноте мы прощаемся с вами
….эээ….ммм… нет слов… просто нет слов… вы сами все видели…
С вами был Василий Уткин, смотрите лучше футбол…
Старик Мао остался бы доволен выступлением российской сборной…
ВАРИАНТ РЕПОРТАЖА:
С сожалением вынуждены вам сообщить, что очередное разочарование постигло нас во всех видах спорта, в которых мы рассчитывали завоевать медали и венки Олимпийских игр. Очередными жертвами несправедливости судей и допинг контроля стали наши __________. Публично покрыли себя несмываемым позором следующие арбитры:__________ , отдавшие всё золота команде Китая. Как ни прискорбно, но факт: ни единой медали сегодня выиграть не удалось. Это катастрофа.
И на этой невеселой ноте мы прощаемся с вами,
Вперёд Россия! |
|
|
| Счастье |
[Aug. 10th, 2008|10:21 pm] |
А легко ли не помнить? На завтра
Запоёшь соловьём C'est la vie
В кимберлитовой трубке театра
Безупречной ненужной любви.
В аскорбиновой дымке рассвета,
Распластавшись на снежном одре,
Я тебя осчастливлю билетом
В перегнивший сентябрь.
В сентябре
В едком запахе дыма и хвои,
В тихом хрусте беспечных мокриц,
Ты останешься влажной рукою
Направлять уплывающих птиц
В пустоту, где ни слова, ни строчки
Лишь кипит золотое литье
И лелеет божественный кормчий
Узкоглазое счастье свое. |
|
|
| Строфы |
[Jul. 27th, 2008|11:06 pm] |
***
Не думать и не помнить ни о чем.
Свобода скажешь? Может и свобода.
Взгляни на бюст у паркового входа
Свободен, но разбит параличом.
С античной свалки некуда спешить.
Ни Трои, ни циклопов, ни Калипсо.
В сухих глазах из вяжущего гипса
Застыл осколок гипсовой души.
***
Полынным ветром травы теребя
Минувших дней поросшие лощины
Не без причины помнят про тебя
И влюблены в тебя не без причины.
Безумный мир, оставшийся без сна
Не обретен ещё – уже утрачен.
Весна, малыш, бескровная весна
Беснуется, юродствует и плачет .
***
Не думать и не помнить о тебе.
Оберегая девственность конвертов,
Все имена запутались посмертно
В обвисшей телефонной тетиве.
Любовь ушла с крупицами песка,
Оставив верность совести и штампам,
Рабочий сцены сбил огни на рампе,
И с этих пор я перестал искать.
***
Спи в ожиданье третьей мировой.
Не проверяй полученную почту.
Наш глинобитный дом порос травой,
И дикими цветами от того что,
Любой букет из этих дивных мест
Раскупорят скорее, чем повяжут.
Да и косы не выковал Гефест.
Да и Арахна плюнула на пряжу.
***
Когда-нибудь, уставши от торгов
И ты вернешься с мыслью – нахрена ты
Вернулась к этим траурным пенатам
На эту пристань дряхлого Арго,
Под эти своды в этот ветхий дом
Где нет давно ни выхода, ни входа
Где жизни нет, но есть одна свобода
Не думать и не помнить ни о ком. |
|
|
| Временно холост. |
[Jul. 27th, 2008|01:41 pm] |
| [ | Current Location |
| | Москва | ] |
| [ | Current Music |
| | Nina Simone | ] |
Друзья мои!
Давайте встретимся и выпьем?
Уверен, нам есть о чем поговорить.
Мой телефон 8 926 580 61 40
Аська 469247197
ЗЫ
На случай, если никто не отзовется, все комментарии скрыты.
UPD.
Просто удивительно, как многие поспешили сообщить мне, чтобы я на них не рассчитывал. Суть-то была не в этом :) |
|
|
| *** |
[Jun. 4th, 2008|11:32 am] |
Письмо почти окончено, не думай
Ни плохо обо мне, ни очень плохо.
Мне этой ночью снился страшный сон.
Тебя там не было. На палубе фрегата
В зелёной и зеркальной пустоте,
Под тусклый свет планктоновых созвездий,
Ко мне явился древний истукан,
Повешенный на скользком стаксель-шкоте
Глубоководный ангел всех ушедших.
И этот плавниковый херувим,
Пропахший дном и рыбьей требухою,
Мне говорил, что мы с тобой пропали
На разных полюсах и нашим душам
Чтоб повстречаться, нужно пересечь
Земной экватор, рака с козерогом,
Солёный храм неведомых широт,
Незримый мир глубоководных топей,
Чьих контуров не носят наши карты.
Корявая, безносая карга
С косой идет по суше, а по морю
Ступает с рыболовной жидкой сетью,
И речь её тиха и безрассудна,
И лик её бескровный безобразен.
И всё же, в свете новых обстоятельств,
Я буду греться на её груди,
Поскольку этот холод – только холод.
И память о тебе с ним не сравнима |
|
|
| Призраки |
[Mar. 11th, 2008|02:09 am] |
***
Теперь, когда твой дом пройти насквозь,
Не задержавшись даже перед спальней,
Вновь стало и привычней и реальней,
Чем что иное, я, как старый гость,
Знакомый с обстановкой не могу
Не подивиться славным переменам,
Исчезли двери, стулья, гобелены
[совковые олени на лугу].
***
Исчезла речь в обители мирской.
И запахи – ни пота нет, ни дыма…
Я думал будто всё здесь повторимо
И пол, скрипевший каждою доской,
И люстры, и кровать и даже плеть
Стенных потёков в тусклом жёлтом свете.
Теперь все тихо. Некому ответить.
И некому [и не зачем] скрипеть.
***
Мне снилось, что ты кашляешь, и я
Спускался вниз в аптеку и аптекарь
С безумной прытью древнего ацтека
В чугунной ступке смешивал мышьяк
С анисом и солодкою, твердя
Что от Невы до русла Енисея
Мне не предложат лучшей панацеи,
Тем более в начале февраля.
***
Тем более в моей кривой стране
Где вдовым лучше быть, чем разведённым
Где лечат бриллиантовым зелёным
Холеру и чахотку наравне
С укусом комара или клеща,
И лишь завхозу несколько неловко
Что сыра нет здесь даже в мышеловках,
И мыши нынче гибнут натощак.
***
Пергамент пуст. Ни росчерка пера,
Ни битых слов, ни гербовой печати,
Я не пытался что-то завещать им,
Но был расстроен тем, что ни хера
Не взял и не оставил. От броска
На амбразуру выглядят убого.
Идущего осилила дорога.
Стоящего осилила тоска.
***
А потому не тронь моих химер
Не развенчай моих ночных кошмаров
Я стал таким бессмысленным и старым
Что мой затертый временем пример,
Не сможет стать ни притчей, ни главой
Ни книгою, ни музыкой, ни музой.
Одной лишь безнадёжно заскорузлой
Законно незаконченной графой
***
Из списка вечной памяти. Опять
Уходит свет. И ночь над нашей поймой
Уравнивает тех, кто только пойман
Со всеми кто давно в плену. И вспять
Срываются ветра и полоса
Из звезд мерцает, и шаги все ближе,
И в мире нет ни Вены, ни Парижа
Реальны только эти голоса
***
Рукопожатья, вылазки из-вне,
Петарды, взрывы, окрики охраны.
В засилье снов и крепкого тумана
Мне тоже неуютно в темноте,
Но это - явь, а с явью нужно жить
Какой бы не казалась - лучшей, худшей,
Пусть каждый день похож на предыдущий,
Пусть цоколь направляет этажи
***
Все – безразлично. Бред. Глобальный трёп.
Срамное место скрыл красивый листик.
Мир преисполнен глупых казуистик,
Тогда как жизнь слагается из трёх
Простых вещей, осколков, полумер
Несложных игр, смешных движений тела.
А впрочем, мне ни смысла нет, ни дела.
Живи как жил. Не тронь моих химер. |
|
|
| Егор Летов |
[Feb. 19th, 2008|09:52 pm] |
Бля...
Пойду упьюсь |
|
|
| Строфы |
[Sep. 19th, 2007|01:26 am] |
Это последний танец, Натаниэль.
Музыка кончилась, дальше кружить смешно.
Что для тебя земля - под ногами дно,
Что для меня - под брюхом глухая мель.
Млечная просека , серый густой кумар.
В среднем - по солнцу на тысячу лет езды.
И под лучами каждой большой звезды
Сердце моё пропускает один удар...
***
Водною гладью зови меня, бирюзой.
Кровью своей и плотью меня зови.
Эра твоя - безрадостный кайнозой,
Ходиков старых сбившийся механизм.
Беглые стрелки, кованый циферблат,
В среднем - по жизни на тысячу верст пути.
Что же поделать, если такой расклад.
Хочешь–не хочешь, все у нас впереди.
***
Вечное счастье, скомканная постель.
Мокрые простыни, круглый большой живот.
Это последний танец, Натаниэль,
Больше не будет околоплодных вод.
Больше не будет правды, не будет бед,
Белых иллюзий, черного воронья.
Только тропа в саду, на которой я,
Может быть, сохраню твой простывший след.
*** Шепчешь тихонько «зови тебя – не зови… Просишь понять – только разве ж тебя поймешь. Речи твои - суть– пристроенный мезонин Дома, в который разум уже не вхож» Шепчешь-смеешься, режешь свои круги. Время, настроив маятник-колыбель, Все повторит - и музыку и шаги. Только не этот танец, Натаниэль… |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
adonatti's journal
